У Лооса появились зарубежные заказчики.

100 великих архитекторов - Д. К. Самин

Осенью 1918 года в Австро-Венгрии была свергну­та монархия и провозглашена республика. Произошло оживление надежд на улучшение жизни. Лоос вступил в свой новый период творчества с расширенным диа­пазоном работ, с общественными обязанностями в ка­честве главного архитектора поселений Венской об­щины. Однако и при новом республиканском режиме он успел быстро разочароваться в возможностях осу­ществления проектов поселков и жилищ массового ти­па. Ему оставалось одно - работа на частного заказ­чика, тот, по крайней мере, был сговорчивее. Вот поче­му и в новый период творчества дом-особняк остался преобладающей темой.

В 1922 году в связи с разногласием между Лоосом и советом Венской общины зодчий сложил с себя обя­занности ее архитектора и уехал во Францию, где жил до 1928 года, иногда возвращаясь в Вену. Он женился вторично на танцовщице Эльси Альтман и активно со­действовал успеху ее выступлений. Мастер сблизил­ся с дадаистами, особенно с поэтом Тристаном Тцара, художником Робером Делоне. У Лооса появились за­рубежные заказчики.

Среди зарубежных проектов мастера выделился не­осуществленный проект дома для знаменитого актера Алессандро Моисеи в Лидо-ди-Венеция (1923). В нем ощущается близость лоосовской схемы «простран­ственной планировки» к атриумным домам. Ядром, атриумом, этого жилища, по мысли автора, должна стать угловая терраса второго этажа, а не закрытые по­мещения, как в домах Вены. Учитывая климатические условия Италии, Лоос именно террасу сделал глав­ным помещением дома. Благодаря угловому положе­нию террасы открывается прекрасный вид на море, улучшается проветривание связанных с террасою по­мещений третьего этажа, где находятся самые высо­кие комнаты. Кроме того, угловая терраса, с которой можно спуститься по лестнице в сад, необычайно раз­нообразит композицию.