Рафаэль обладал исключительной, почти невероятной работоспособностью.

100 великих архитекторов - Д. К. Самин

Рафаэль обладал исключительной, почти невероят­ной работоспособностью. К тридцати семи годам он успел сделать столько, сколько не всякий другой мо­жет создать за долгую жизнь: частично расписал вати­канские станцы, руководил живописными работами в вилле Фарнезина и Лоджиях Ватикана, создал карто­ны для заказанных Львом X ковров, выполнял много­численные заказы частных лиц и религиозных общин, в том числе портреты и алтарные картины.

После смерти Браманте в 1514 году Лев X назначил Рафаэля главным архитектором на строительстве но­вого собора Св. Петра, в качестве комиссара древно­стей он занимался охраной и переписью памятников древнего Рима.

Рафаэль, несомненно, глубоко чувствовал специ­фику архитектуры. Чтобы убедиться в этом, достаточ­но вспомнить прекрасную ротонду в его «Обручении Марии». Со всей ответственностью восприняв возло­женную на него задачу, Рафаэль взялся за изучение античных архитектурных трактатов, в первую очередь за изучение Витрувия. В письме к Кастильоне он пи­сал: «Мысль моя взлетает все выше. Я хочу обрести прекрасные формы древних построек, но не знаю, не будет ли взлет мой полетом Икара. Ярким светочем служит мне Витрувий, но его мне недостаточно».

Первая постройка Рафаэля относится к 1514 году. Сначала он создал маленькую церковь Сант-Элиджо дельи Орефичи (начата в 1509 году). Она представля­ет в плане греческий крест с очень короткими ветвями и перекрыта легким сферическим куполом с бараба­ном на парусах. Неоконченная снаружи, но прекрасно сохранившаяся внутри, церковь поражает скупостью, почти аскетизмом примененных в ней чисто архитек­турных средств. Тем более звучной кажется заменяю­щая архивольты тонкая тяга, словно серебряный обруч подчеркивающая границы подкупольных арок, а посвя­тительная надпись вокруг светового отверстия в ку­поле благодаря своей графической выразительности восполняет отсутствие декора.