Аналогичные мысли высказал и П.

АРХИТЕКТУРА ПЕТЕРБУРГА СЕРЕДИНЫ X IX ВЕКА - А.Л.Пунин

Аналогичные мысли высказал и П. Я. Чаадаев. В одном из своих «философических писем», опубликованном в 1832 году в журнале «Телескоп», он противопоставил «греческому стилю» «стиль египетский и готический». По мнению Чаадаева, первый «относится к материаль­ным нуждам человека», два других — «к его нуждам нравственным», ибо они имеют «общий идеальный ха­рактер, весьма ясно проявляющийся в какой-то беспо­лезности или, лучше, в исключительной идее монумен­та, которая особенно в них господствует». Чаадаева как и Гоголя, привлекала особая одухотворенность эмоциональная напряженность готики. «Мне кажется, что готическая башня достойна особенного внимания, как одно из прекраснейших созданий воображения,— писал автор «Философических писем»,— (...) она, как мысль могучая и прекрасная, одна стремится к небу, уносит вас с земли и ничего от земли не берет, принад­лежит особенному чину идей и не проистекает от зем­ного:     видение чудеснейшее, без начала и причины на

земле»23.

Противопоставление «духовного» «земному», так ясно ощущаемое в этом отрывке из чаадаевского «фи­лософского письма», очень характерно для эстетики романтизма, особенно на заключительном этапе его развития. По словам одного из идеологов романтизма, немецкого философа Ф.-В. Шеллинга, то- были годы, когда «человеческий дух был раскован, считал себя вправе всему существующему противополагать свою действительную свобод) и спрашивать не о том, что есть, но что возможно» "

Раскованность человеческого духа и в то же время стремление углубиться в «тайны души», обостренное внимание к человеческой личности, к неповторимому, индивидуальному и в человеческом характере, и в яв­лениях жизни — важнейшие черты эстетической про­граммы романтизма. Герои Бетховена, Байрона, Пуш­кина, Лермонтова страстно утверждают свою челове­ческую индивидуальность, свое право и способность противостоять обществу, «толпе», самой судьбе. В. С. Турчин в книге «Эпоха романтизма в России» отмечает, что «если поздний классицизм приобретал все более го­сударственный характер, то молодой романтизм апел­лировал к индивидуальному сознанию, интересуясь судьбой человека, вошедшего в новый век»25.